March 22nd, 2016

Anatoly_барельеф

Про нашу прачечную

Тем, кто понимает (зная старый анекдот "с бородой"):

Сидит секретарша министра культуры и рыдает. Ее шеф спрашивает - мол, в чем дело? Она отвечает: "Нет, вы только представьте себе! Я же всю жизнь к этому готовилась, ночей не спала! Телефонный звонок, кто-то спрашивает - алё, это прачечная? А я... я растеряаааалааааась!!!".

Anatoly_барельеф

Помещики в науке

http://www.chaskor.ru/article/pomeshchiki_v_nauke_36378?fb_action_ids=688980744506286&fb_action_types=og.comments



Какие капиталистические акулы Запада самые зубастые? По сравнению с кем монополизм WalMart’а выглядит безобидным продуктовым магазинчиком, а Руперт Мёрдок — социалистом? Ни за что не угадаете. Вам на ум может прийти много вариантов, но я имел в виду не банки, нефтяные или страховые компании, а — минуточку внимания — научные издательства. Этот бизнес может вам показаться застоявшимся и не очень перспективным. Не тут-то было. Из всех корпоративных афер именно их рэкет требует самого быстрого вмешательства антимонопольных служб.
Anatoly_барельеф

Перепост

Пишет Марина Шаповалова здесь


В перестроечные годы случился у меня разговор с очень интересным человеком. Экономистом. Очень пожилым - думаю, ему было около 80-ти.



Не помню, с чего заговорили о Кондратьеве. Тогда для нас его имя было новостью. А старик, оказалось, если не самого Кондратьева знавал при жизни (что вряд ли), то уж точно был осведомлён досконально: и о самом Кондратьеве, и о его работах, и о таких подробностях, какие в книжках не прочтёшь. Да и не было тогда ещё про это книжек. Оставалось только развесить уши.


Что запомнилось из его рассказа.


Кондратьев через Бухарина пытался убедить большевиков в том, что их программа индустриализации абсолютно, фатально губительна для экономики и, в итоге, для страны. Что они угробят крестьянство, подорвут производительные силы, и ничего потом нельзя будет исправить. Что никакие американские станки и машины не помогут - не получится в результате ни тяжёлой промышленности, ни развития. Вообще ничего не получится. А кончится всё истощением народа и распадом государства. Это было в конце 20-х.


Мой рассказчик особенно подчеркнул, что Кондратьев предупреждал о неминуемых последствиях: мол, если вы начнёте и не остановитесь, то уже через десять лет результаты будут непоправимыми.


Я тогда несколько легкомысленно заметила, что, слава богу, хоть в этом он ошибся. Люди не вымерли, страна существует. И даже промышленность какая-никакая, но получилась.


На что старик мне ответил: нет, он не ошибся.
Кажется, я тогда не поверила.