AnatTs (sted_ats_02) wrote,
AnatTs
sted_ats_02

Персидская сказка. Рассказ о молодом исфаганце. Прродолжение

РАССКАЗ О МОЛОДОМ ИСФАХАНЦЕ И ЖЕНЕ ЙЕЗДСКОГО МЕНЯЛЫ

Персидская сказка

Продолжение. Начало здесь.


— Дорогой друг, где это ты пропадал сегодня допоздна? — спросил он исфаханца, едва тот вошел в лавку.— Я чуть не умер от нетерпения. Откуда у тебя эта прекрасная кожаная одежда?


— О ходжа[1],— отвечал с хохотом юноша,— сегодня мы с возлюбленной, как и вчера, предавались наслаждению, как вдруг опять этот жалкий человечишко — ее муж — явился к дверям дома и давай стучать. Его жена спрятала меня в корзину, где хранилось кое-какое добро. Мужичонка вбежал в дом, выхватил саблю и разломал сундук. Не найдя в нем ничего, он устыдился и стал улещать жену, чтобы она не стыдила его. Ему пришлось у нее просить прощения! А тут случилось так, что некая часть моего тела высунулась наружу сквозь прутья корзины, ибо на мне не было никакой одежды, а лежал я на животе. Женщина громко предупредила меня об этом, и я понял и подобрал всё. Муж поел и ушёл, а жена, когда он удалился, вытащила меня из корзины, подарила мне эту кожаную одежду и еще сто динаров и просила пораньше завтра приходить к ней.


Несчастный меняла, слушая эти слова, то бледнел, то краснел, повторяя про себя: «Во сне или наяву всё это приключилось со мной?!».
На следующий день, как только молодой исфаханец ушел к возлюбленной, и они по обыкновению предались удовольствиям и угощениям, меняла в беспокойстве поспешил к дверям своего дома и постучал. В это время жена его, сидя с юношей у пруда, в котором плавала половинка тыквы, лакомилась фруктами. Услышав стук, женщина сказала любовнику:


— Полезай в воду, надень тыкву на голову и смотри, что мы будем делать!


Молодой человек быстро забрался в пруд, нахлобучил на голову тыкву, проделав в ней дырочки, чтобы можно было наблюдать.
А муж вбежал в дом, сразу подскочил к корзине и, выхватив саблю, разрубил верёвки. Из корзины посыпались куски ситца, попадали на землю и разорвались.


— Что это ты каждый день совершаешь новые безумства? — закричала жена.— То сундук сломал, то корзину с ситцем... Я не могу больше жить с тобой, лучше мне уйти из твоего дома!


Видя, как огорчилась жена, меняла снова стал утешать её, обнял, поцеловал и сказал:


— Прости меня. Эти дни на меня нашло какое-то умопомрачение.


Он взял жену за руку, подвел к пруду, усадил, и они стали есть финики.


— Давай бросать финиковыми косточками вон в ту тыкву,— предложила жена.— Кто попадёт, получит один динар.


Муж согласился. Они выложили по кучке золотых монет и стали швырять финиковые косточки в тыкву. Когда косточки бросала женщина, молодой исфаханец пригибал голову, будто косточка попала в цель, а когда кидал её муж, исфаханец подпрыгивал, создавая видимость, что тот промахнулся. Муж подумал, что это ветер не дает тыкве стоять на месте и поэтому он не может попасть в цель. Он проиграл много золота, устал и, с досадой попрощавшись, ушёл. А жена вытащила исфаханца из воды, дала ему новую одежду и всё золото, что она выманила у мужа, сказав при этом:


— Эти деньги я выиграла благодаря тебе!


Исфаханец вышел от неё и направился в лавку менялы. Тот уже издали увидел его и узнал одежду, которая была на нём надета. Когда исфаханец подошёл поближе и сел подле менялы, тот спросил:


— О брат, где ты был сегодня? Я долго искал тебя, но не мог найти.


— Разве я не говорил тебе, что каждый день хожу в дом к одной молодой женщине? Сегодня опять приходил её муж и сломал корзину с ситцами. Только в ней никого не было, и у него не оказалось доказательств против жены, так что в конце концов они снова помирились. А перед тем, как он вошел в дом, жена спрятала меня в пруду, надев мне на голову половинку тыквы. Когда они стали есть финики, жена предложила кидать в тыкву косточки с тем, что каждый, кто попадёт, получит один динар. Они выложили деньги и стали бросать косточки. Когда кидал муж, я подпрыгивал и ему казалось, что он промахнулся, даже если он и попадал в тыкву. Он проиграл сто динаров, ни разу не попав в цель. Тогда ему надоело это, он встал и ушёл, а я вылез из пруда. Жена его отдала мне все сто динаров, которые выманила у мужа. Вот я как раз и иду оттуда.


И на этот раз меняле не оставалось ничего другого, как признать, что дом, о котором шла речь,— его дом, а женщина — его жена. «Надо отвести этого негодного к братьям моей жены,— решил он про себя.— Пускай-ка он порасскажет им то же, что говорил мне. Если они убедятся в её распутстве, то уж сумеют наказать её, и я тоже найду избавление от этой напасти. Хоть этой женщине нет равных по красоте, прелести, привлекательности, хоть я готов жизнь отдать за один её волосок, но раз она спуталась с чужестранцем, я отвращу от неё свое сердце. Будет лучше, если я вырву её из своей души!»


На следующий день он взял молодого исфаханца за руку и сказал ему:


— Пойдем со мной в гости к моим друзьям. Они меня звали.


— Хоть мне и очень хочется пойти к возлюбленной, но я готов отправиться с тобой,— ответил тот.


И вот они оба пришли в дом к братьям той женщины. Меняла рассказал им о том, что произошло.


— Есть ли у тебя свидетель? — спросили братья.


— Юноша, который пришел со мной, и был с нею. Я сделаю так, что он в вашем присутствии сам во всем признается.


Тут он подошёл к молодому исфаханцу и стал уговаривать его рассказать о том, что с ним случилось. Исфаханец, думая, что собравшиеся не знают этой женщины, стал с увлечением расписывать свои любовные приключения, добавляя тысячу подробностей, правдивых и вымышленных. Братья той женщины были смущены его рассказом.

Но та женщина догадалась, что муж задумал вывести её на чистую воду. Она поспешила в дом к своим братьям, поднялась наверх и стала через окошечко пускать зеркалом «зайчиков». Луч солнца попал на лицо молодого исфаганца, и он взглянул наверх. Тут женщина приложила палец к губам в знак молчания и стала жестами объяснять ему, что слушатели — ее муж и братья. Молодой исфаханец понял всё, что она ему показывала, но он не прервал своего рассказа, а продолжал его и под конец сказал:


— И тут я проснулся. Было уже время первого намаза[2].


Братья женщины повскакивали с мест, схватили палки и давай дубасить мужа, приговаривая:


— Ах ты негодяй! Этот юноша рассказал свой сон, а ты хотел опорочить нашу сестру как распутную женщину! Ты хотел запачкать грязью клеветы подол её целомудрия! Да ведь каждый из нас по доблести и храбрости подобен Рустаму[3] нашего времени! Попробуй только еще когда-нибудь возвести напраслину на нашу сестру или упрекнуть её в чем-нибудь, так мы изрубим тебя саблями!


Тут подоспели отец и мать той женщины, стали ругать зятя, таскать его за бороду, словом, все взялись за него. Несчастному меняле пришлось во всеуслышанье признать добродетель, кротость и прочие достоинства своей жены и сказать, что он вполне ею доволен. Пришли соседи, и муж в их присутствии еще раз выразил родичам жены благодарность за неё, и на том они снова заключили мир.


С той поры всё время, пока молодой исфаханец жил в Йезде, он каждый день ходил на любовные свидания к этой женщине, и всякий раз она давала ему сто динаров золотом и одежду.


Таков рассказ о хитростях женщин. Пусть каждый, кто прочтёт его, знает это и не доверяет им!

Примечания




[1] ходжа — почетный титул, который давался только гражданским и духовным высокопоставленным лицам: крупным купцам, ведущим заморскую торговлю, министрам из ученого сословия, главам духовных орденов. Титул встречается в Иране с XII в.; в XVIII—XIX вв.
[2] намаз — ежедневная пятикратная молитва, совершение которой является одной из обязанностей верующих мусульман.

Молитвы распределяются в течение дня следующим образом: намаз-и бамдад, утренняя молитва, совершаемая за некоторое время до восхода солнца; намаз-и пишин, вторая молитва, совершаемая, когда уже становится очевидно, что солнце клонится к западу; намаз-и дигар, третья молитва, между полуднем и заходом солнца; намаз-и там, вечерняя молитва, совершаемая через несколько минут после заката; намаз-и хуфтан, молитва перед сном, когда наступает полная темнота.

Сама молитва произносится на арабском языке и совершается по установленному, строго соблюдаемому обряду; в частности, молящийся должен совершить во время молитвы два земных поклона и коснуться земли в семи точках — лбом, локтями рук, коленями и большими пальцами ног. Этим заканчивается первая часть (рак'ат) намаза. Второй рак'ат произносится в сидячем положении, и им завершается молитва.
[3] Рустам — прославленный воинскими подвигами герой поэмы Фирдоуси «Шах-наме» и многих фольклорных произведений.
Tags: Плутовка из Багдада, сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments